Неточные совпадения
Тогда еще из Петербурга только что приехал камер-юнкер
князь Щегольской… протанцевал со мной мазурку и на другой же день хотел приехать с
предложением; но я сама отблагодарила в лестных выражениях и сказала, что сердце мое принадлежит давно другому.
Она, счастливая, довольная после разговора с дочерью, пришла к
князю проститься по обыкновению, и хотя она не намерена была говорить ему о
предложении Левина и отказе Кити, но намекнула мужу на то, что ей кажется дело с Вронским совсем конченным, что оно решится, как только приедет его мать. И тут-то, на эти слова,
князь вдруг вспылил и начал выкрикивать неприличные слова.
— О нет, хочу, только это совсем не нужно… то есть, я никак не думал, что надо делать такое
предложение, — сконфузился
князь.
— Да, ведь он писал письма… с
предложениями о мире… — робко поддакнул
князь.
— Вы, может быть, не хотите принять
предложение, — высокомерно поглядела она на
князя.
Но мало-помалу всем почти разом представилась идея, что
князь только что сделал ей
предложение.
Хотя старый
князь, под предлогом здоровья, и был тогда своевременно конфискован в Царское Село, так что известие о его браке с Анной Андреевной не могло распространиться в свете и было на время потушено, так сказать, в самом зародыше, но, однако же, слабый старичок, с которым все можно было сделать, ни за что на свете не согласился бы отстать от своей идеи и изменить Анне Андреевне, сделавшей ему
предложение.
— Позвольте: вы сделали формальное
предложение, и Анна Андреевна отказала вам? Так ли? Так ли? Подробности для меня чрезвычайно важны,
князь.
Но вот что, — странно усмехнулся он вдруг, — я тебя, конечно, заинтересую сейчас одним чрезвычайным даже известием: если б твой
князь и сделал вчера свое
предложение Анне Андреевне (чего я, подозревая о Лизе, всеми бы силами моими не допустил, entre nous soit dit [Между нами говоря (франц.)]), то Анна Андреевна наверно и во всяком случае ему тотчас бы отказала.
Впрочем, сюртук мой был еще не совсем скверен, но, попав к
князю, я вспомнил о
предложении Версилова сшить себе платье.
По смерти его и когда уже выяснились дела, Катерина Николаевна уведомила Анну Андреевну, через своего поверенного, о том, что та может получить эти шестьдесят тысяч когда захочет; но Анна Андреевна сухо, без лишних слов отклонила
предложение: она отказалась получить деньги, несмотря на все уверения, что такова была действительно воля
князя.
— Должно быть, она давно эту идею питала и, уж конечно, художественно обработала ее со всех сторон, — лениво и раздельно продолжал он. — Я полагаю, это произошло ровно час спустя после посещения «
князя Сережи». (Вот ведь некстати-то расскакался!) Она просто пришла к
князю Николаю Ивановичу и сделала ему
предложение.
Через несколько дней по приезде из Москвы,
князь Владимир Шестов сделал
предложение Анне Васильевне Гариной. Он обратился не к ней лично, а передал княгине Зое Александровне свои чувства к ее дочери и умолял о ее ходатайстве в этом деле. Княгиня поблагодарила его за честь и обещала переговорить с дочерью.
Хмель выскочил из головы Путилова. Он понял, что участь его решена и что надо сделать
предложение. Он его и сделал. Мать и дочь выразили согласие. Жениха оставили обедать. Возвратившийся домой
князь Василий отечески заключил его в объятия и облобызал. За обедом было подано шампанское и выпито за здоровье жениха и невесты. В этот же вечер Сергей Николаевич сообщил своему отцу о сделанном им
предложении и о полученном согласии, умолчав, конечно, об обстановке.
—
Князь меня не так понял. Когда он сделал мне
предложение, я сказала ему, что могу дать тот или другой ответ только вашему сиятельству, если вы от его имени явитесь просить моей руки… — с явной насмешкой в голосе продолжала Пальм-Швейцарская.
— Представляю, баронесса, сказала вместо ответа Зинаида Павловна, — моего жениха.
Князь сегодня сделал мне
предложение, и я приняла его. Вас я прошу быть посаженной матерью. C'est comme ca gu'on dit?
Князь обещал, но попросил задатка. Осторожный и скупой барон отказал, и Шестов снова переметнулся на сторону Гиршфельда. В озлоблении на Розена, он проболтался Агнессе Михайловне о его
предложении. Та перепугалась. Она не могла поручиться, что
князь, подкупленный снова подачкой барона, не отнимет у нее эту бумагу, или просто не выкрадет ее у нее.
По окончании обеда
князь все-таки не уезжал. Лябьев, не зная, наконец, что делать с навязчивым и беспрерывно болтающим гостем, предложил ему сесть играть в карты.
Князь принял это
предложение с большим удовольствием. Стол для них приготовили в кабинете, куда они и отправились, а дамы и Углаков уселись в зале, около рояля, на клавишах которого Муза Николаевна начала перебирать.
— Для Тулузова хуже всего то, что он — я не знаю, известно ли вам это, — держался на высоте своего странного величия исключительно благосклонностию к нему нашего добрейшего и благороднейшего
князя, который, наконец, понял его и, как мне рассказывал управляющий канцелярией, приказал дело господина Тулузова, которое хотели было выцарапать из ваших мест, не требовать, потому что
князю даже от министра по этому делу последовало весьма колкого свойства
предложение.
И, подождав, чтобы
князь сел на коня и выехал заднею околицею, Годунов вернулся в избу, весьма довольный, что Серебряный не принял
предложения переночевать у него в доме.
Предлагался в
князья Болгарии Алеко-паша, и уже, как последний исход, обратились к Блистательной Порте с
предложением, что народное собрание изберет
князем Болгарии турецкого султана под условием, что он присоединит Македонию к болгарскому княжеству, под общею властью назначенного ими наместника.
— Она выйдет замуж за
князя Святозарова… Он сделал ей
предложение… Говорят, он так же богат, как и она…
— Теперь я все понимаю! — продолжала коварная женщина. — Иван Дементьевич своим самолюбием и своей гордостью погубил две жизни… Он разлучил вас с Зиной и разбил вашу университетскую карьеру… В это время
князь сделал
предложение… Вы, быть может, не знаете, что сначала она отказала… Она, наверное, ждала… вас… Но, так как вы скрывались от нее, она с отчаяния послушалась совета моей матери… Она, конечно, подумала, что вы никогда не любили ее.
В это-то время ее позвала к себе графиня Анна Ивановна, которая передала ей о
предложении, сделанном
князем Святозаровым.
— Ваше
предложение,
князь, для меня даже несколько обидно, потому что оно сильно отзывается насмешкою, — проговорил он глухим голосом.
Князь вас обидел, публично заподозрил вас в низком побуждении обманом породниться с его княжеским домом, и вот вы теперь рассуждаете: если она сама откажет им теперь, после формального
предложения с их стороны, то, разумеется, это будет самым полным и явным опровержением прежней клеветы.
Кажется,
князю очень хотелось, чтоб Николай Сергеич сам предложил себя в управляющие; но этого не случилось, и
князь в одно прекрасное утро сделал
предложение сам, в форме самой дружеской и покорнейшей просьбы.
Как только старушка услышала о посещении старшего
князя и о торжественном его
предложении, как тотчас же соскочила с нее вся напускная хандра.
Все в доме называли уже его женихом, хотя
предложения он еще не делал. Таня, однако, скрыла от княжны Людмилы свое восхищение молодым соседом и на вопрос, заданный ее госпожой после второго посещения
князя, ответила деланно-холодным тоном...
— Да, мама, представляла… Ведь когда ты мне сказала, что было бы хорошо, если бы
князь мне сделал
предложение…
— Я стала думать, что, собственно говоря, я избрала себе в мужья
князя, не имея положительно ни с кем сравнить его; уже после того, как он сделал
предложение, он привез к нам своего друга.
— Конечно же и на тебя… Ведь сама понимаешь, что недаром
князь к нам зачастил… Не нынче завтра
предложение сделает, замуж за него выйдешь, не чужой человек будет, если что случится…
Им,
князем, пренебрегала, его мучила не та княжна, которой он сделал
предложение, на брак с которой получил согласие ее матери, а наглая самозванка, дворовая девка, сообщница убийцы.
— С этим я не согласна,
князь. Что будет через год, я не знаю; если вы не изменитесь в ваших чувствах и возобновите ваше
предложение, я, быть может, приму его, но теперь я освобождаю вас от вашего слова и надеюсь, что вы освободите и меня. Я написала дяде и найти покровительство государыни могу в качестве его племянницы или даже просто в качестве княжны Полторацкой.
— Стыдно,
князь, говорить на девушку неправду, — вдруг обратилась она к
князю Луговому, — ишь что выдумали, что моя Люда согласилась вчера на ваше
предложение быть вашей женой. Бедная девочка, какую небылицу возвел на тебя
князь!
Канцлер первый разгадал и понял Екатерину и решился с нею сблизиться. Через Сергея Васильевича Салтыкова узнала она, что канцлер ищет ее дружбы. Хотя немало накипело у нее злобы на сердце против Бестужева, однако шутить таким
предложением было нечего. Голштинец Бремзен, вполне преданный канцлеру, служил при великом
князе по делам его герцогства. Ему поручила Екатерина объявить Бестужеву, что она готова войти с ним в дружеские отношения. Заключен был тайный союз.
Княжна Людмила вдруг остановилась и густо покраснела. Она только сейчас сообразила, что напоминание с ее стороны об этих словах
князя похоже на вызов, на
предложение.
Парочка действительно была прелестна и не для одних материнских глаз. Высокий, стройный
князь Сергей Сергеевич был головой выше княжны Людмилы, тоже статной и грациозной девушки. Радостная, самодовольная улыбка играла на губах княгини. Судьба дочери устраивалась на ее глазах, согласно ее желанию. Тревоги об этой судьбе, уже с год как змеей вползавшие в ее сердце, исчезли. Молодой
князь, видимо, по уши влюбился в ее дочь, и
предложение с его стороны вопрос очень близкого времени.
Княжна покраснела. Ей надо было передать
предложение, признание
князя и тот поцелуй, которым они обменялись, но княжна Людмила решила не говорить о последнем матери. Это был не страх перед родительским гневом. Нет, это было, скорее, инстинктивное желание сохранить в неприкосновенной свежести впечатление первого поцелуя, данного ею любимому человеку.
«Как ни странно было это
предложение, напоминавшее осаду Херсона великим
князем Владимиром в X столетии, — замечает г. Устрялов (том II, стр. 285), — однако же царский совет принял эту мысль, а Гордон даже с жаром ухватился за нее…
— Нет,
князь, я не уйду, пока вы не согласитесь на мое
предложение. Мы проведем лето так же хорошо, как и прошлого года. Мне казалось, что вы и княжна Варвара Ивановна были довольны.
Вот вопрос, который занимал ум Кржижановского, когда
князь Иван Андреевич Прозоровский рассказал ему о сделанном
предложении за сына со стороны Василия Ивановича Суворова. Подходящий жених был найден.
Бог, видимо, внушил
князю Владимиру Яковлевичу, — да упокоит его душу Господь в селениях праведных, — медлить с
предложением, иначе теперь вы бы были молодою вдовою.
— А как же иначе… У
князя были последние года припадки удушья. Я сам не раз присутствовал при переносимых им страданиях. Я несколько смыслю в медицине. Это грудная жаба, которая производит моментально разрыв сердца. Я не считал себя вправе говорит это ни вашему отцу, ни вам, когда
князь сделал
предложение, так как это была лишь моя догадка, которая, к несчастью, так сравнительно скоро оправдалась. Для вас это, впрочем, повторяю, счастье.
Именно так было в доме генерал-аншефа
князя Ивана Андреевича Прозоровского. Казалось, в нем ничего не изменилось. Жизнь катилась по той же колее, в какой шла до дня, в который покойный
князь Баратов сделал
предложение княжне Варваре. Дней приготовления к свадьбе, сменившейся похоронами, почти не существовало.
Александр Васильевич Суворов был, таким образом, желательным для Кржижановского претендентом на руку так сильно нравящейся ему княжны Варвары Ивановны. Потому-то он с такой готовностью предложил
князю Ивану Андреевичу свое посредничество в этом деле, обещая употребить для этого все свое красноречие и нравственное влияние. Он знал заранее, что почва была подготовлена и что ему не будет особого труда уговорить княжну Варвару принять
предложение «знаменитого» Суворова.
Князь Владимир Яковлевич еще не сделал
предложения, повергая этим в большое недоумение
князя Ивана Андреевича.
Прозоровские только недели две как вернулись в Москву из деревни. Иван Андреевич в том же своем стареньком халате, в котором принимал
князя Баратова, когда тот приехал делать
предложение его дочери, мелкими шажками ходил по кабинету и не переставал на ходу вертеть двумя пальцами правой руки золотой перетень, надетый на указательный палец левой. Это упражнение с перстнем служило признаком необычайного волнения Ивана Андреевича.
Прав был и Кржижановский. Ореол блестящей партии, окружавшей
князя в московском свете, не остался без влияния на княжну Варвару, и мысль, что
князь сделает ей
предложение, стала улыбаться ей не менее, чем ее отцу,
князю Ивану Андреевичу.
— Чему дивиться, что ты связал себя клятвенным обещанием, когда вся Москва сделала то же самое. Да вот хоть, например,
князь Димитрий Мамстрюкович Черкасский изволил мне сказывать, что сегодня у него в дому сберутся здешние бояре и старшины, чтоб выслушать гонца, который прислан к нам с
предложением от пана Гонсевского. И как ты думаешь, кто этот доверенный человек злейшего врага нашего?.. Сын бывшего воеводы нижегородского, боярина Милославского.